<<<Предыдущая глава  Вернуться к оглавлению  Следующая глава>>>

Финны бывают разные

Следующие суббота и воскресенье становятся сенсацией в спортивной жизни всей Польши. Нурми принимает участие в соревнованиях в Варшаве и в Крулевской Гуте. Ничего удивительного, что стадион «Легия» не сумел вместить всех желающих посмотреть на короля беговой дорожки. Я волновался больше всех. Стартовать с Нурми было для меня высокой честью, и конечно же, я питал надежду на то, что когда-нибудь мне удастся победить знаменитого спортсмена. Трижды мы бежали вместе с Нурми, и с каждым разом у меня было все больше и больше шансов приблизиться к великому финну. Многие утверждали, что если бы не дисквалификация (о причинах дисквалификации Нурми автор рассказывает в главе «Пааво под аапретом») Нурми, которая меня, как и многих болельщиков, очень огорчила, я бы когда-нибудь смог победить великого Пааво. Когда год назад мы встретились с ним в Варшаве, он победил меня, и расстояние между нами составляло, всего несколько метров. Теперь я боролся с ним как равный с равным и проиграл Нурми только потому, что он имел больший опыт.

Не хочу сейчас анализировать ни забеги, ни свою тактику, но неизвестно, какие были бы результаты, если бы у меня не было столько советчиков и учителей, которые, перебивая друг друга, пичкали меня советами и каждый считал, что именно он-то и говорит самое разумное. Будучи, таким образом, совершенно дезориентированным и находясь под впечатлением легенды «великого Нурми», я потерял голову и применил неверную тактику.

Лучшим методом явился бы более высокий темп, и, кто знает, может быть, моя молодость смогла бы победить опытного противника... Во всяком случае, очень жаль, что я не смогу больше бегать с Нурми. И хотя сейчас меня называют его официальным преемником и мне удалось побить два его рекорда, у меня нет чувства удовлетворения и никогда его не будет, потому что я не победил Нурми в открытой борьбе, на беговой дорожке. Мой поединок с Нурми в Варшаве не был особенно интересен для восемнадцатитысячной толпы зрителей, потому что, как я уже сказал, в этом беге я выбрал очень неудачную тактику. Первые круги впереди Нурми, после двух километров я выхожу вперед, инстинктивно увеличив темп, через три километра Нурми снова впереди и не уступает лидерства почти до последних метров.

За 350 м до финиша я начинаю рывок, рассчитывая, что Нурми не сумеет выдержать мою атаку, однако ошибся. Он не только не отстает, но и бьет меня моим же оружием. Время было показано не особенно хорошее, как и всегда бывает, когда соперники рассчитывают на финишную борьбу. У Нурми — 15.09,8, у меня — 15.10,0. Нурми оказался лучшим тактиком, чем я. На следующий день я должен был бежать с Нурми и Петкевичем в Крулевской Гуте. Бег этот должен был стать сенсацией, я же поклялся любой ценой победить. Зрители толпами шли на стадион. На трибунах обсуждались предполагаемые победители. Многие предсказывали мою победу. Я не верю в пророчества, но вера в меня явилась хорошей поддержкой. И вот мы выходим на беговую дорожку.

После выстрела стартера вперед выходит Петкевич, за ним Нурми, я иду третьим. Так мы пробегаем пять кругов, остальные спортсмены остаются далеко позади. И вдруг по причине до сих пор для меня не ясной Петкевич сходит с дорожки. Нурми сразу же увеличивает темп. Когда я увидел Петкевича, покидающего поле боя, меня охватил гнев и стыд за него. Тем более что на тех двух километрах, которые он вел, создавалось впечатление, что он боролся против нас обоих.

Я беру себя в руки, стараюсь забыть о неприятном инциденте и направить все силы на предстоящую борьбу.

Следующие круги прошли довольно монотонно. Нурми неоднократно старался склонить меня к лидерству, я не пошел на это, и финн сам решил возглавлять бег до конца. За три круга до финиша публика начинает громкими криками подбадривать меня, но шум, как ни странно, стал меня раздражать и мешать. Я поднимаю руки, прося тишины.

Почти одновременно в трехстах метрах от финиша мы начинаем рывок. Нурми всеми силами старается не дать мне вырваться вперед. На последнем вираже я предпринимаю еще одну атаку, и мы бежим несколько десятков метров плечом к плечу.

Первым финиширует Нурми, обогнав меня на грудь. Время мы показали одинаковое — 15 минут.

Разгоряченная публика долгими аплодисментами приветствует нас. Я схожу с беговой дорожки усталый и злой, хотя мог бы гордиться своими результатами.

Через несколько дней после встречи с Нурми я дважды взял реванш у его соотечественника Виртанена. Как уже говорилось, я дважды встречался с ним в прошлом году на беговой дорожке — в Лондоне и в Або — и обе встречи проиграл.

Бег на три километра состоялся на легкоатлетических соревнованиях, организованных «Варшавянкой». Кроме нас в бега приняли участие Пухальский и Адамчик, но, как это было с самого начала понятно, они не принимались в расчет.

Мой реванш оказался очень удачным, и я был тем более счастлив победой, что бег этот с точки зрения тактики был очень похож на состязание с Нурми, с той только разницей, что моя победа была безапелляционной и я значительно легче победил на финише Виртанена, чем это сделал со мной в прошлую субботу Нурми.

Со старта мы пошли в довольно быстром темпе, причем Виртанен сразу же постарался вырваться вперед, не выпуская меня вперед до последнего виража. Время от времени для того, чтобы проверить, удастся ли ему оставить меня позади, Виртанен предпринимает резкие рывки, которые я с легкостью выдерживаю. После нескольких неудачных попыток он понял, что придется разыграть бег на финише. Так более или менее спокойно мы доходим до последних трехсот метров бега. На вираже я предпринимаю генеральную атаку, которую Виртанен не выдерживает, и первым выхожу на прямую, решительно удаляясь от противника.

Если бы не дождь, слякоть и размягшая беговая дорожка, мне наверняка удалось бы побить .рекорд Петкевича. Во всяком случае, время было хорошее (8.39,6 и 8.40,0).

На следующий день в Кракове я разыграл с Виртаненом второй бег на дистанции 5000 м.

Шел проливной дождь. Со старта Виртанен вырывается вперед, предлагая очень быстрый темп, но я уже на половине второго круга обгоняю его, потому что, несмотря на отвратительную дорожку, хочу показать хорошее время и посмотреть, выдержит ли Виртанен мой темп и как он будет себя вести во время бега. Два круга Виртанен прекрасно держится и даже, желая показать, что не боится моего темпа, лидирует. Дважды перехватывая друг у друга лидерство, мы проходим четыре километра, но, судя по дыханию, мой противник сдает и явно не сможет провести хороший финишный рывок. Поэтому на предпоследнем кругу я выхожу вперед, увеличиваю темп и за двести метров начинаю рывок. Виртанен, как я и предполагал, не принимает мой вызов и остается позади, отстав на несколько десятков метров.

Виртанен — один из самых приятных финских спортсменов, джентльмен со всех точек зрения, который позволял себе критиковать соотечественников, если видел, что они поступают неправильно. Как сейчас помню, после моего проигрыша в Або он сердечно сказал, положив мне руку на плечо:
— Не огорчайтесь из-за проигрыша, вас ждет прекрасное будущее. Я думаю, что если мы еще будем с вами встречаться на беговой дорожке, вы непременно победите, и не один раз.

И действительно, его предсказания сбылись.

<<<Предыдущая глава  Вернуться к оглавлению  Следующая глава>>>